Вернуться ко всем историям
Говорит Валерий, бывший клиент Ночлежки.
Валерий родился и жил в Грозном. Когда начались чеченские войны, перебрался с семьёй в Москву, а потом - в Испанию. Там работал в порту, жил, но гражданство принципиально не получал. Как-то по ТВ увидел сюжет о том, что в его родном городе планируют сносить кладбище, на котором похоронены его родственники, и поехал туда. По пути обратно заболел, подхватил менингит, после чего у него очень сильно сел слух. Документы потерял. В Санкт-Петербурге жил в парке, спал на скамейке, потом заселился в Ночлежку. Пытались отправить его в Испанию - безуспешно. Нашли работу с проживанием в Московской области от знакомых. Он там проработал несколько месяцев, все были довольны, его повышали, но потом он с кем-то поссорился и приехал обратно в Санкт-Петербург. По приезде консультировался в Ночлежке.
Больше двадцати лет назад он бежал от чеченской войны в Испанию. А когда вернулся на родину, оказался на улице. Пока я жду Валерия, во дворе «Ночлежки» освобождается лавочка. Это везение: в теплую погоду постояльцы приюта обычно спускаются во двор: греются на солнышке, разговаривают, наблюдают. Валерий выходит в чистой белой футболке, объясняет, что хотел перед разговором привести себя в порядок. Садится на самый краешек скамьи, близко-близко ко мне, смущенно объясняет: «Вы уж простите, я правым ухом чуть лучше слышу, так мне будет легче общаться».
История Валерия Иванова — затянувшаяся череда роковых случайностей. Уже много лет он, здоровый работящий мужчина, борется за право существовать. В этом праве ему регулярно отказывает большая страна и — время от времени — его собственный организм. Все началось в первую чеченскую. Мы с женой и маленьким сыном жили в Грозном, мои деды и прадеды строили этот город. Был дом, родственники, работа — я окончил нефтяной техникум, работал по всему Кавказу и ЮФО, считался отличным специалистом. Когда в городе начались захваты и мародерство, друзья стали советовать: уезжайте.
Мысль о том, чтобы бросить родное, привычное место и уйти в никуда, нам казалась невероятной, моя мать наотрез отказалась уезжать. Но ситуация в городе становилась все напряженнее, и я тогда всерьез стал опасаться за жизнь жены и ребенка. Решили бежать.
В столице войны не было. В миграционной службе, услышав мои рассказы, пригрозили арестом за клевету и разжигание розни на национальной почве: «В Чечне все спокойно, не вводите людей в заблуждение, возвращайтесь домой». Вот только дома у нас уже не было. Читать историю целиком
средний срок
сопровождения подопечных
средние расходы на то,
чтобы вернуть одного человека
к обычной жизни
Именно благодаря вашим регулярным пожертвованиям мы можем непрерывно помогать людям, которые попали в беду
