Поздний вечер. Мы приехали на следующую точку. Люди, едва различимые вдали, как крошечные точки, постепенно обретали очертания, превращаясь в крупные фигуры на фоне тёплого, ярко-оранжевого света уличных фонарей. В воздухе появился крепкий запах перегара, смешанный с ароматом улиц. Женщины и мужчины, бездомные и малоимущие.

Стоянка Ночного автобуса
Фото – Мария Гельман

Фотографировать уязвимых людей непросто. Камера — это обнажение, это взгляд на хрупкость человека, который далеко не каждый хочет и способен выдержать. Зачастую быть сфотографированным в состоянии уязвимости — значит признать её для самого себя, признать необходимость в поддержке, принять свою ранимость. Это требует огромной внутренней силы и ресурсов.

Клиенты Ночлежки у Ночного автобуса
Фото – Мария Гельман

Но стоя с камерой перед людьми в беззащитном состоянии, чувствуешь опасность оступиться — превратиться в того, кто смотрит сверху вниз, становясь якобы «кем-то» перед «ничем».

Съёмка может легко превратиться в акт насилия, если потерять эмпатию, не услышать и не заметить глубину чужого взгляда. Поэтому эмпатия — это не просто черта, а навык, который нуждается в тренировке. Слышать чужую боль, чувствовать, разделять её как свою — требует развития эмоционального интеллекта, внутреннего умения быть рядом, не разрушая.

Клиенты Ночлежки у Ночного автобуса
Фото – Мария Гельман

Ещё уязвимость требует двойного понимания, особенной чуткости. Я часто сталкивалась с грубостью и угрозами, иногда просто держа камеру в руке с намёком на съёмку. Это больно — встретиться лицом к лицу со своим положением. Или же травматичный опыт общения с другими фотографами оставил болезненный след: снимали без разрешения, без уважения. Причин много. В такие моменты стоит напоминать себе, что фотограф для другого не имеет гендера или личности, это лишь символ общественного взгляда, представителя той самой публичности, от которой уязвимые люди страдают каждый день.

Стоянка Ночного автобуса
Фото – Мария Гельман

Камера становится инструментом власти, власти на репрезентацию. И это не часто встречают с открытостью. В основе таких реакций — страх вновь оказаться отвергнутым, страх быть осмеянным или выставленным напоказ. Искажённым чужим взглядом. Не раз я слышала: «Вот высмеют меня», «Напечатают таким уродом на билборде».

Клиентка Ночлежки у Ночного автобуса
Фото – Мария Гельман

Особенно тяжело тем, кто живёт на грани социальной нормы, не вписываясь в шаблон «нормального человека». Каждый день им приходится сталкиваться с отвержением, презрением, невидимыми, но острыми взглядами, которые словно говорят: «Ты здесь лишний».

Клиентка Ночлежки у Ночного автобуса
Фото – Мария Гельман

Волонтёры Ночного автобуса раздают еду на одной из стоянок
Фото – Мария Гельман

За всем этим — много боли и усталости. Понимание другого — это труд, труд часто неблагодарный, некомфортный, требующий выдержки и эмпатии. Но именно оно помогает разрывать цепочку ретравматизации, создавая безопасное пространство для того, кто давно чувствует себя потерянным в этом мире.

Равенство, эмпатия и понимание.

Текст и фотографии — Мария Гельман

Поддержите работу Ночного автобуса